Книжные новинки

Смотритель, книга первая. Орден желтого флага (Виктор Пелевин)

Артур Кларк до того, как стал регулярно отправляться в космические одиссеи, выдал идею создания сети спутников связи на геостационарных орбитах. Все нынешние глобальные системы коммуникации строятся на этой идее. Виктор Пелевин - это тоже сеть; золотой нитью легчайшей паутины растянуто его сознание над Землей и улавливает малейшие колебания-изменения в мышлении масс. Вот в сознании этих масс идея обладания айфоном последней модели вытеснила идею регулярного питания - и уже Виктор Пелевин выдает нам произведение, на страницах которого живет герой-вампир.

Для него и его собратьев в романе Empire V маленькие человечки трудятся изо всех сил, перерабатывая гламур и дискурс в баблос. Последнее - это субстанция, которой питаются вампиры. И хоть Виктор Пелевин сохраняет совершенно серьезную мину на всем протяжении романа о трансформации идей в пищу для вампиров, ясно, что эта история ужасов - памфлет, маскирующийся под историю ужасов. Такая  художественная форма позволяет в числе прочего показать, что степень заигранности вампирической темы на момент написания романа достигла высшей точки. Что ни говори, а есть романы, в которых Виктор Пелевин - современный Джонатан Свифт.

Читать материал полностью >>



Бестселлеры

Алмазный век, или Букварь для благородных девиц (Нил Стивенсон)

Преступления фиксируются летающими камерами, а сами участники инцидентов - преступники и пострадавшие - маркируются тысячами мушек, нанороботов. Это облегчает задачу найти тех или других, что повышает эффективность работы судьи Прибрежной Республики господина Вана. нанороботы также помогают ему пытать заключенных. Встраиваясь в нервную систему, такие “помощники” посылают в мозг подозреваемого сигналы о том, что его организм  терпит неимоверную боль. Прибрежная Республика - одна из фил которые теперь, в алмазном веке, заняли места государств. три филы (проще говоря, племена) считаются великими - неовикторианцы, ниппонцы и ханьцы. Сосуществование фил регламентируется Экономическим Протоколом, общим для всех сводом правил. Век нанотехнологий описан в фантастическом романе Нила Стивенсона “Алмазный век, или Букварь для благородных девиц”.

И описан так, что в начале романа будущее повергает читателя в легкий шок. Никакого размеренного знакомства с временем next, как в антиутопии Олдоса Хаксли “О дивный новый мир”. Нил Стивенсон погружает читателя в новую реальность с головой. Порядки будущего на старте никто не объясняет - в них надо разобраться самому и разобраться побыстрее. Потому что иначе можешь пропасть ни за грош, как глупый Бад. Тот даром что был вооружен лобометом (вживленным в лоб оружием), а, ограбив не того парня, превратился в ошметки. Нанотехнологии позволяют вживить кому угодно что угодно куда угодно. Но лобомет даже в будущем не заменит человеку мозг.

Читать рецензию полностью >>


Фантастика

Вожак (Генри Лайон Олди)

“- Не знаю, как ты осмелилась взяться за продолжение, сколько бы там тебе ни предложили. В последней серии, что ты мне показывала, ты не только прикончила Властелина Галактики, но еще и оставила нашего героя в безвыходном положении. Насколько я понимаю, он сидит в радиоактивной батисфере на дне юпитерианского аммиачного океана. Океан кишит чудовищами, которые дышат метаном и все до одного по гипнотическому наущению Властелина Галактики так и рвутся съесть Джона Стерлинга, - а у него только перочинный ножик. Как ты его оттуда вытащила?

- Ты ничего не понимаешь. Следующая серия на Ганимеде. Джон Стерлинг рассказывает секретному агенту Долорес О’Шанахан о своих приключениях. Рассказывает, понятно? Благородство не позволяет ему хвастаться перед девушкой. Пока он с юмором излагает историю своего героического освобождения, действие начнет развиваться дальше, да так быстро и так кроваво, что наша невидимая публика не опомнится до самой рекламной паузы, - а там уж им найдется, о чем еще подумать.”

Опять читая Олди, вспоминаю Хайнлайна. Только на сей раз - и тут уж все мои ипостаси трактуют точную цитату одинаково - вовсе не похвалы для. Цитата взята из повести “Космическое семейство Стоун”, и речь герои ведут о сюжете сериала. Роджер Стоун, инженер первой категории и опытный сценарист, осуждает работу матери, Хейзел Стоун, толкового инженера и начинающего сценариста. На начало третьей части романа “Дикари Ойкумены” смотрю примерно так же, как Стоун-младший смотрит на “творчество” Хейзел. Мне пришлось напрячься, чтобы проглотить затесавшийся в историю Ойкумены комок событий, очень плохо размешанных ложкой логики. Несмотря на легкое несварение от этой порции, “Вожак”, завершающий историю Марка Тумидуса, съеден мной до конца.

Последнее объясняется тем, что к третьей части этой истории я и вверенная моему командованию полудекурия уже находились в колодце гравитации.  “Маневр в колодце гравитации, на первый взгляд, противоречит закону сохранения энергии. Корабль, отправляющийся с Луны или космической станции на отдаленную планету, доберется туда быстрее и затратит меньше топлива, если сначала устремится к Земле, а потом разовьет ускорение, находясь как можно ближе к ней”. Фокус в том, что реактивная масса или топливо, - это действительно масса, в колодце она теряет энергию положения - та переходит в кинетическую энергию корабля. Словом, я находилась в зоне притяжения Олди, и на тот момент масса топлива (уже прочитанного мной) преобразовалась в кинетическую энергию, придавшую мне сил двигаться дальше.

Впрочем, дальше Олди работают лишь отчасти в соответствии с рекомендациями Хейзел Стоун - действие будет развиваться стремительно, в меру кроваво, и, слава Имперской Безопасности, логично. Именно она возьмет в свои руки дело с открытой разведчиками Астлантидой. Олди, скорее всего, наделили Имперскую Безопасность бОльшей долей здравого смысла, чем Безопасность любой Империи способна вместить. Зато благодаря этому она и нарушитель Устава Марк Тумидус смогли наметить пути решения проблемы энергетики своей родины. Прежний путь - постоянный захват все новой ботвы на окраинах Ойкумены -  все-таки тупиковый.

Словом, в третьей части романа “Дикари Ойкумены” все, что касается работы разных форм управления Великой Помпилией и Ойкуменой, организовано Олди более чем сносно. Заседания Совета Лиги прошли под мысленные бурные аплодисменты моей полудекурии. А вот то, что касается лично Марка Тумидуса, в третьей части романа “Дикари Ойкумены” не всегда вызывало понимание. Но я говорила себе в такие минуты: такова цена за решения проблемы рабства. Не так уж это и много - поверить в то, что можно обменять перочинный нож на знание астланского языка.

P.S. Марк Тумидус платил не перочинным ножом)


Детективы

Орудие Немезиды (Стивен Сейлор)

Берега Неаполитанского залива застроены белыми виллами богачей. В них живут ценители комфорта высочайшего уровня, те, что летом пьют золотое фалернское как мы с вами зеленый чай, для утоления жажды. Любой уважающий себя римлянин, которому по карману загородная резиденция,  мечтает поселиться здесь. Действие второй книги из цикла о Сыщике Гордиане протекает по преимуществу в этой обстановке вопиющей роскоши. Стивен Сейлор приглашает читателей романа “Орудие Немезиды” в путешествие по берегам Неаполитанского залива времен I века до нашей эры. Геркуланум, Байи - местечки, где нежили свои тела денежные мешки античности - сегодня эхо прошлого. Прогулка по Байи доступна только дайверам - город-призрак ушел под воду вместе со всеми мыслимыми красотами, которые можно купить за деньги: статуями,  дорожками из цветной мозаики, портиками вилл, в чьих термах насчитаешь не меньше чаш бассейнов, чем в кухне взыскательной хозяйки - кастрюль.

В описываемые в романе “Орудие Немезиды” годы  владельцы всех этих ценностей поражены страхом - в стране пылает огонь восстания Спартака. Воды Неаполитанского залива могут запросто окраситься кровью тех, кто наслаждался фалернским. Конечно, невозможно не вспомнить, что действие второго романа о римском детективе, принадлежащем перу Линдсей Дэвис, тоже происходит в этих местах. Марк Дидий Фалькон обследует побережье Тирренского моря несколько позже, чем Сыщик Гордиан, если брать за точку отсчета Рождество Христово, но несколько раньше, если считать таковой дату публикации романа. Однако обвинять Стивена Сейлора в заимствованиях у Линдсей Дэвис не будем. Кампания раскинулась в пределах видимости Везувия, сюда едут летом те, кто может оплатить услуги детектива или стать объектом его профессиональных интересов, так что ж удивляться, что и детективы тоже устремляются им вслед?!

По прочтении первой книги из цикла о Сыщике Гордиане, мы отмечали знание автором исторической эпохи, в границах которой действует его герой. И, кажется, во второй книге это другая эпоха, хоть прошло и всего 8 лет. Да, такое возможно в Риме, Городе городов, столице мира. Сулла с его проскрипциями, казалось бы, - только что перевернутая страница в Книге государственности Рима, но следующая страница переносит героев в изменившуюся реальность. И на почве этой новой реальности и развивается тот конфликт, вследствие которого богатею Крассу понадобился детектив для расследования убийства родственника. В поисках убийцы среди представителей знати и тех, кто привносит в их жизнь изящество, Сыщик Гордиан узнает, кто сделал модным серные источники, как должны быть украшены термы обеспеченного гражданина, кое-что из того, что составляет древний культ Кумской Сивиллы, и как можно нажиться на войне.

Но читатель романа “Орудие Немезиды”, узнавая все это вместе с Сыщиком Гордианом, помнит, что главный герой - всего лишь его проводник в мир подробностей Древней истории. Гордиан взирает со стороны на заговоры патрициев, семейную вражду, политические потрясения. Он не приемлет многое и хочет максимально устраниться от этого. Ты воспинимаешь его как рассказчика. О Марк Дидий Фалькон, в этом тебя уж точно никто не обвинит! Безземельный, безквартирный, безрабный свободный гражданин Рима, по самое сердце увяз в тех делах, что расследует в двух книгах, переведенных на русский язык. Фалькон не только сам реален, как воды Неаполитанского залива, пережившие и Суллу, и Спартака, но и все, кто его окружает, таковы же. Одна картинка - замена длинной предыстории. Вот Марк описывает встречу с Императором из династии Флавиев: тот разместился на ложе и сосредоточенно грызет яблоки из собственного поместья - экономный Флавий, став Императором в преклонном возрасте, без достаточных на то династических оснований, только в силу своих способностей, никогда не платит за то, что может вырастить сам.

Ничего нет у героя Линдсей Дэвис, кроме чувства юмора и обязательств. Обязательств перед семьей и совестью. Но при этом он не опутан паутиной обязательств - она отчасти и позволяет ему сохранять равновесие! Сыщик Гордиан может долго смотреть на спины гребцов на галерах и размышлять о злой участи рабов. Марк Дидий Фалькон, когда это нужно было для дела, сам на несколько месяцев занялся рабским трудом на свинцовых рудниках. Никаких заимствований, они совершенно разные, эти детективы! Но в обществе одного из них временами бывает скучно, как на лекции по античной трагедии, да простит меня Стивен Сейлор, отец Сыщика Гордиана.


Приключенческая литература

“Черной метели” быть!

Один из двух авторов “Млавы красной” Ник Перумов заявил о том, что продолжение будет и оно пишется. Читатели его блога могут ознакомиться с несколькими отрывками нового произведения. Из-за переключения на “Черную метель” будет на некоторое время отложен “Раб неназываемого”.

Напомним, что “Млава красная” - это не фантастический роман в чистом виде. Многие поклонники Перумова встретили произведение с критикой. Ведь вся фантастика “Млавы” - это Россия, которой не было, но которая могла бы быть.

В 2012 году “Млава красная” произвела на меня неизгладимое впечатление. Это было лучшее произведение, прочитанное мной в том году. Лучшее.


Историческая литература

Мои ранние годы. 1874-1904 (Уинстон Черчилль)

Если твой дед - седьмой герцог Мальборо, пэр Англии, член Палаты лордов, то, ожидаемо, что все феи, существование которых вскорости засвидетельствует сам Конан Дойл, слетятся к твоей колыбели, чтобы одарить тебя щедро. И судьба твоя - ровная дорога, по которой шестерка крепких, хорошо кормленых лошадей, запряженных в кэб, повезет тебя прямиком в парламент. Однако феи - хитрые штучки, и подарки их порой не так уж прямолинейны. Да, феи одарили Уинстона Черччилля, внука седьмого герцога Мальборо, но среди даров этих было упрямство, с коим он не хотел учить того, что было мертво, например, латынь. И вместо Итона или Кембриджа дорога судьбы привела его в военное училище Сандхерст, экзаменационное испытание куда он прошел лишь с третьего раза.

Еще феи наделили Уинстона Черчилля безрассудной храбростью, которая предложила ему в год 17-тилетия в качестве продолжения игры с двумя братьеми прыжок с немыслимой высоты, едва не кончившийся смертью смельчака. Он и в дальнейшем будет не раз пользоваться этим даром, каждый раз ускользая от смерти в последний момент. Храбрость однажды приведет его… во вражеский плен, а затем сделает национальным героем, подтолкнув к бегству. В багаж отпрыску благородного семейства феи подложили готовность идти к своей цели, вопреки неписаным правилам и писаным уставам. Однажды Уинстон Черчилль окажется в действующей армии, несмотря на то, что сам командующий этой армии напишет ему “нет” в ответ на просьбу о зачислении. И тут было не обойтись без тех связей, что объединяют все сто семейств, правящих Великобританией, но мало какой молодой человек из приличного общества решился бы повторить то, что сделал Черчилль для достижения своей цели.

Дар, который мог только помешать карьере военного - умение излагать свои мысли легко и с юмором - Уинстон Черчилль развивал постоянно. И легкость языка карьере военного уж помешала, будьте уверены. Но сослужила хорошую службу на политическом поприще. Благодаря ей читать автобиографию Черчилля - удовольствие для читателя. Давно я не была так прямолинейна в своей рецензии: я наслаждалась стилем изложения, особенно той части, где речь идет о горькой доле школьника-Черчилля. Финал книги “Мои ранние годы” не оформлен так, как этого ждешь от писателя, рассмешившего читателя рассказами о своих победах в борьбе с тригонометрическими функциями. Но к финалу автор книги о самом себе одержит столько других невозможных побед, что захочется узнать, как он использовал дары фей в более поздние годы.

Уинстон Черчилль в молодые годы хотел стать финансово независимым и полезным. На пути к этим целям он совершил пару спортивных подвигов и принял много решений, судьбоносных для целой страны и не только. Со здоровым практицизмом человека без излишков образования он смог примирить веру в бога и науку. Он изменил партии консерваторов - ушел в либеральную. Он бросил карьеру военного ради писательского труда. Он не исключал союза с Сатаной, если Гитлер вторгнется в ад. Никто из знающих его людей не исключал также того, что когда необходимость в таком альянсе исчезнет, наш герой лично привяжет союзнику камень на шею. Уинстон Черчилль стал дним из тех величайших британцев, что были удостоены государственных похорон. Его книга “Мои ранние годы. 1874-1904″ - рассказ о человеке, который может достичь самых далеких целей, если не будет тратить времени на сожаления о том, чего феи не недодали ему при рождении.


Детская литература

Послушай мое сердце (Бьянка Питцорно)

Набор приключенческого романа стар, как Эгейское море, и что-то новое выдумать сложно. То же самое и с детской литературой: все самые лучшие книги для детей - о непослушании, и Том Сойер в этом мире заправила.  Книга Бьянки Питцорно “Послушай мое сердце”- одна из тех книг, с которыми своего ребенка нужно ознакомить непременно, особенно если ребенок этот уже познал, что такое самодурство людей, которые волею администрации школы поставлены над тобой.

Читать рецензию полностью >>